Поделись с друзьями:

Сколько было их на моем веку, юбилейных торжеств... Но то роскошное представление, что 4 октября подарил нам Музыкальный театр творческого объединения «Премьера» имени Леонарда Гатова, превзошло все ожидания. Опера, балет в стиле модерн, наконец, оперетта и мюзикл, представленные на открытии 85-го театрального сезона, явили собой турбулентность театральной избыточности, в которой создается новый мир, принципиально отличный от реального. В Музыкальном решили каким-то образом избежать длинных, традиционных в подобных случаях речей. А вместо них были представлено всё то лучшее, что театр создал за последние годы. И первое, что обращает на себя внимание, – это молодая, новая волна вокалистов и балетных артистов, что появилась здесь.

Но обо всем по порядку: в середине дня в фойе второго этажа собрались артисты и журналисты, руководство театра, чтобы в дружеской обстановке поздравить присутствующих с очередным юбилейным сезоном. Кто-то получил грамоту, кто-то – звание заслуженного артиста Кубани. Публике был так же предложен первый за многие годы юбилейный буклет, в котором театровед Ирина Белова рассказала историю театра. «Легкий» жанр в Краснодаре пережил многое. Начиная с 1933го, всё вроде шло на лад, но была война, оккупация Краснодара, перерыв в работе театра и даже бездомность. Здание было взорвано, вся материальная часть утрачена. Кто были те люди, что восстановили этот сложнейший механизм? И кто был тот зритель, что пришел в театр, раненный войной, после освобождения города? Это история, достойная отдельного разговора. Но доподлинно известно одно – зритель принял возвращение театра, как великое благо. Для них это было спасением от тягот реальности.

Сегодня театр совершенно другой. Он даже не тот успешный коллектив 60-х – 80-х годов, что считался лучшим в провинциальной России. В какой-то момент он сделал резкий шаг вперед и вверх. Каким было это движение, мы даже не очень внятно и понимали. Лично я помню времена театра 70-х – 80-х, где еще не было имперской роскоши, где царили коричневые тона и советский стиль в облицовке. Всё равно это казалось красивым. Хотя, наверное, с нынешним днем и не сравнить. Помню в числе, конечно, не многих, и тот разор в начале 2000-х, когда театр встал на реконструкцию. Так уж случилось, что я с журналистской настойчивостью (такова профессия) явилась выяснять, что да как в театре, где меня никто не ждал. Пускать не хотели, доложили первому лицу, и Леонард Григорьевич Гатов принял беспрецедентное решение: «А что, давайте покажем». После чего он лично провел экскурсию для меня и фотокора. И мы увидели и вздыбленный пол, и ободранные стены, и разломанный портал. Зрелище было апокалиптическое. А Леонард Григорьевич с восторгом рассказывал: «Мы работаем над улучшением акустики, завозим специальные материалы, чтобы всё зазвучало по-новому: «Здесь у нас будет новый, ультрасовременный свет, и всё будет в синих тонах, а наверху, над головой, у нас вместо тяжелой люстры будет звездное небо», – заражал нас своим оптимизмом Леонард Гатов.  А потом всё состоялось. Тот зал, что был в мечтах генерального директора, стал реальностью. К нему мы уже привыкли, как будто так было всегда.

Директора талантливые были и раньше, например, Андроник Исагулян, который, начиная с 1945 года, около четверти века руководил театром. Но были и выдающиеся мастера сцены. Зритель и сегодня помнит Евгению Белоусову и Владимира Генина, который до сих пор выходит на сцену. Затем была эпоха Владимира Круглова, Юрия Дрожняка, Людмилы Чайкиной. В какой-то период стало казаться, что новые солисты, равные им на сцене не появятся. Но сегодня мы видим, что всё складывается. Первый акт – опера, где перед нами молодая Ольга Жарикова в одной из сложнейших партий – Царицы ночи из «Волшебной флейты» Моцарта. На пресс-конференции главный дирижер театра Владислав Карклин сообщил, что это будет постановка следующего сезона. Один за другим на сцену выходили и Владимир Кузнецов с арией Роберта из оперы «Иоланта» Чайковского и Владислав Емелин с романсом Неморино из оперы Доницетти «Любовный напиток», и Гульнара Низамова в образе пленительной Мадам Баттерфляй Пуччини. Как и Наталья Бызеева, исполнившая арию Золушки из одноименной оперы Россини. Они стали основой труппы.

«Современная хореография» представляет в основном творчество Александра Мацко, главного режиссера и балетмейстера театра. В его репертуаре много философских миниатюр. Подчас он и сам выходит на сцену в качестве солиста. Вспомним, хотя бы, номер, посвященный ушедшим артистам. Но есть здесь место и большому классическому сюжету. Например, впечатляют фрагменты из «Анны Карениной» и «Мастера и Маргариты». Думаю, Булгакова уже можно, как и Льва Толстого, приравнивать к образцовому стилю. Были здесь и гости: высокий класс показал солист театра Бориса Эйфмана Олег Габышев из Санкт-Петербурга (Я. Тирсен, «Backstage»). А в третьем акте блестящий уровень каскадного артиста продемонстрировал солист Московского театра оперетты Александр Каминский в коллаже из оперетты Мурадели «Москва – Париж – Москва».

«Оперетта-Мюзикл» представили третье отделение. И хотя это два, на мой взгляд, совершенно разных жанра, есть у них и что-то общее, помимо синтетических свойств. С их помощью можно при определенных вкусовых и режиссерских тонкостях довести публику до катарсиса. Что, в общем-то, и случилось. Всё действие имело изысканную рамку. Старт дал номер «Вы наш гость» из мюзикла А. Менкена «Красавица и чудовище», где на сцену вышли все, все, все. И хор, и балет, и детская студия Музыкального театра, и солисты. Массовость, карнавальность, темпо-ритмичность завораживали. И всё же, несмотря на общий тон, выделялся молодой артист Артем Агафонов, несколько лет назад, покоривший своей энергетикой в партии Альмавивы в «Севильском цирюльнике» Россини. Есть в нем некий размах, уместный в мюзикле. Когда-то оперетта была дерзкой не только за счет канкана, но всё улеглось, и жанр стал классичным. Мюзикл же, как мне кажется, находится в перманентном развитии. И нашим артистам не всегда удается подобрать к нему ключи. Нужен определенный тип актера, где свобода и профессионализм соединены особым образом. Интересна в этом плане была и Карина Петровская с песней «Swing» из мюзикла Бернстайна «Чудесный город».

Но самым ярким событием стал заслуженный артист РСФСР, Герой труда Кубани Владимир Генин. В его исполнении ария мистера Икс из оперетты Имре Кальмана «Принцесса цирка» наполнилась новыми смыслами. Казалось это не герой перед нами, а сам артист исповедуется, рассказывает о прожитой жизни, такой драматичной – на самом деле. Внутренний второй план был прожит настолько искренне, что зал не смог этого не почувствовать. Наперекор возрасту голос его звучал наполнено и сильно, что само по себе казалось чудом. Отсюда и овации, и крики браво: их Владимиру Бониславовичу досталось, кажется, больше, чем другим артистам. Публику не заставишь действовать таким образом по приказу. У артиста осталось еще силы на магию и волшебство сцены.

А потом была знаменитая «Жженка» из оперетты Стрельникова «Холопка», где в образе гусар и не только вышла вся мужская оперная часть труппы. И это было сильно. Ей предшествовал выход оперных див с «Частицей черта в вас» из оперетты «Сильва». Королева чардаша и одна обычно создает много шума, а вот когда их сразу шесть, и каких… И снова Кальман, верность которому Краснодар, кажется, хранит больше чем другим композиторам оперетты. Финальная песня из «Марицы» подвела черту. И не было смысла рассуждать, какой жанр лучше, и как далеко должна простираться новомодная тенденция. Выиграл в данном случае профессионализм.

Елена Петрова

Фото Юрия Корчагина

Комментарии:

добавить комментарий

Комментариев к этой статье пока нет.